Пол Андерсон. Танцовщица из Атлантиды - 2
10 >
сталось, хоть и вспоминал временами.
- Если поторопимся, сможем добраться до стойбища еще сегодня, - важно
сказал мальчик и, заметив, что Ульдин поднимает арапник, поспешно добавил:
- Благородный господин.
- Нет, - ответил Ульдин. - Я не стану загонять лошадей, чтобы ты мог
дрыхнуть в теплой юрте. Мы развяжем седельные мешки, - он быстро,
по-степняцки, прикинул, - возле Кучи Костей.
Глаза Октара расширились, он с трудом глотнул. Ульдин хрипло
рассмеялся:
- Что, боишься готских скелетов? Их давно растащили волки. Готы при
жизни не могли остановить нас - нам ли бояться призраков? Ты только
прикрикни на них, - он кивком отпустил мальчишку, и Октар отстал.
По правде говоря, Ульдину и самому не хотелось располагаться там
лагерем. И вообще мало радости путешествовать по горному хребту в такое
время года. Летом другое дело, все племя движется вместе со стадами, и
мужчина в любом месте чувствует себя как дома после дневных трудов или
охоты. Хорошо: скрипят телеги, пахнет дымом, жареным мясом, лошадиным
потом и навозом, люди кажутся друг другу ближе на бескрайней зеленой
равнине под бескрайним небом, где вьются ястребы. Когда спустится тьма,
хорошо сидеть у костра: пламя трещит, освещает лица верных друзей, идет
беседа, серьезная либо с похвальбой; кто-то расскажет предание о временах
героев, что вдохновляет молодежь на подвиги, о древних временах, когда
Срединная Империя трепетала перед гуннами; а то зазвучит веселая
непристойная песня под барабан и флейту, и мужчины начнут топтаться в
неуклюжем танце... А кумыс - чаша за чашей густого перебродившего
кобыльего молока, от которого мужчина в конце концов начинает чувствовать
себя жеребцом и отправляется на поиски своей юрты и своих женщин... Да, не
гроза бы с молниями (Ульдин поспешил сделать знак, отгоняющий демонов, -
этому знаку научил его шаман во время посвящения), так лето - лучшее время
года, вот приехать бы сейчас домой да помечтать о лете...
Но нельзя позволять никаких поблажек. Это нарушение дисциплины, а
чего стоит племя без дисциплины? Ульдин достал из-под седла палочку, на
которой отмечал численность своего скота, и принялся изучать ее.
Не так уж мало. Но и не так уж много. Он не глава рода, а только
глава семьи - несколько молодых сыновей да должники со своими семьями,
жены, наложницы, слуги, рабы, лошади, крупный скот, овцы, собаки, повозки,