22 >

     - Господи! Неужели пилот умер?! - Рейд опустился на колени  и  ощупал
неподвижное тело. Грудная клетка поднимается  и  опускается  с  нездоровой
быстротой и мелко дрожит. А кожа горячее песка пустыни.
     Эрисса присоединилась к Рейду.  Лицо  ее  сделалось  сосредоточенным.
Бормоча какие-то заклинания, она уверенно осмотрела  смуглого  незнакомца:
подняла веки, чтобы увидеть зрачки, прослушала пульс,  продолжая  ритмично
напевать, поискала раны и переломы. Мужчины напряженно ждали. Наконец  она
встала, оглянулась и указала на ущелье.
     - Верно, нужно отнести его в тень, - понял Рейд. - Да и нам не мешало
бы... - тут он сообразил, что спутники не знают английского.  Но  они  все
поняли. Олег вручил Эриссе свой топор, легко поднял пилота  и  понес  его.
Эрисса же извлекла золотой амулет, висевший на шее, и коснулась им оружия,
прежде чем понести его за русским с явным почтением.
     Рейд попробовал как следует рассмотреть цилиндр. Там, где  начиналось
перламутровое сияние, ему пришлось остановиться - он словно  бы  наткнулся
на радужную стену, которая вначале подалась, а потом с каждым дюймом стала
увеличивать сопротивление.  Защитное  силовое  поле,  подумал  он.  Ничего
удивительного в таких обстоятельствах. Лучше держаться подальше - а  вдруг
радиация? Хотя нет, ведь пилот... но как же войти внутрь?
     Без пилота нам не справиться.
     Рейд  подобрал  полушария.  Их  внутренняя  поверхность  была   более
мудреной, чем внешняя. Единственная знакомая деталь - ленты вроде  завязок
у шлемофона. Возможно, это переговорное устройство, которое нужно надевать
на голову?
     Рейд повел всю группу  к  ущелью.  По  пути  он  подобрал  оброненную
трубку. Даже в день Страшного суда необходимо заботиться о таких мелочах.
     Крутые склоны ущелья защищали от ветра  и  давали  немного  тени.  На
самом затененном месте Олег уложил пилота - именно  таковым  Рейд  полагал
незнакомца. Рейд и Эрисса срезали  несколько  прутьев,  чтобы  сделать  из
пальто навес. Олег с громким вздохом  облегчения  скинул  сапоги  и  латы.
Ульдин  распряг  лошадь,   стреножил   ее   и   пустил   пастись,   накрыв
предварительно  попоной.  Он  принес  свой  мешок  и  флягу  и   предложил
угощаться. Сушеного мясо поначалу никому не хотелось, зато молоко,  кислое
и перебродившее, подействовало на них, как эликсир жизни.
     А потом они сидели каждый на своем  скудном  кусочке  тени  и  ждали.
Эрисса то и дело подходила к пилоту. Олег и Ульдин  поочередно  взбирались

Следующая

22 >