23 >

на склон, осматривали горизонт и возвращались, безнадежно качая  головами.
Рейд сидел и размышлял - потом он и сам не мог вспомнить, о чем.  Помнился
только устремленный на него взгляд Эриссы.
     У него больше не было надежды на скорое пробуждение.
     Солнце клонилось к западу. Тени  в  ущелье  удлинились.  Все  четверо
подняли потные, пыльные лица к небу,  откуда  начала  спускаться  вечерняя
прохлада.
     Пилот пошевелился и подал голос. Все побежали к нему.
     Он пытался сесть, Эрисса  укладывала  его,  но  пилот  сопротивлялся.
"Ментатор" - хрипло выдохнул он и произнес еще множество  слов  на  языке,
отдаленно напоминавшем испанский. Его рвало, из носа снова потекла  кровь.
Эрисса вытирала ее носовым платком Рейда. Потом она жестом попросила Олега
подержать раненого и  помогла  ему  сделать  несколько  глотков  жидкости,
которую Ульдин называл "кумысом".
     - Минутку, - Рейд прошел к своему месту и  принес  оттуда  полушария.
Пилот кивнул и потянулся к ним. Когда Рейд стал  помогать  пилоту,  Эрисса
отошла, давая понять, что здесь американцу и карты в кури.
     "Будь я проклят, если понимаю что-нибудь во всем  этом!  Парень  чуть
живой, весь горит в лихорадке. Малейшее напряжение убьет его. Но, если  он
не сможет вернуться в свою машину, нам всем конец".
     Пилот с трудом надел одно из полушарий на голову. Лицо его, грязное и
окровавленное, с запавшими глазами, стало еще более нереальным в сверкании
металла. Он откинулся на грудь Олега и знаком велел  Рейду  надеть  другое
полушарие. Американец повиновался. У пилота едва хватило сил поднять  руку
и нажать кнопку, выступавшую надо лбом. Рука его упала, но пальцы тянулись
к Рейду.
     Архитектор собрал все свое мужество. Будь готов ко всему, говорил  он
себе. И нажал кнопку.
     Загудело. Шумит, должно быть, у него в голове, потому  что  остальные
никак  не  отреагировали.  И  шум  этот  был  не  обыкновенными  звуковыми
колебаниями - он словно бы шел по нервам. У Рейда закружилась  голова,  он
сел. Хотя, возможно, сказалось напряжение этих ужасных часов.
     Пилоту явно стало хуже: он дернулся, застонал, закрыл глаза и  обвис,
как мешок. Казалось, прибор  высасывает  из  него  остатки  жизни.  Эрисса
склонилась к нему, но ничего не предпринимала.
     Примерно через пять минут по часам Рейда гудение  стихло.  Утопленные
кнопки  вернулись  в  первоначальное  положение.  Головокружение   прошло.
По-видимому, шлемы сделали свое дело. Пилот был почти без сознания.  Когда

Следующая

23 >