71 >

     Олег переминался с ноги на ногу. Он-то видел, как Эрисса внушала  это
сновидение Пенелеосу. Ульдин слегка фыркнул - словно  блик  света  исказил
его шрамы. Порыв дождя ворвался в дымовое  отверстие,  в  очаге  зашипело,
затрещало, повалили клубы серого дыма.
     Гатон сделал ритуальный жест. Но лицо  его  выражало  не  тревогу,  а
задумчивость в противоположность боли  Эгея,  сдержанной  ярости  Тезея  и
скрытому недоверию Диора.
     - Несомненно, это знамение свыше, - сказал он ровным голосом.  -  Так
что же вы увидели?
     - Как мы уже поведали нашим хозяевам, - ответил Рейд, - к нам подошла
женщина в одежде высокородной критянки. Лица ее мы то ли не видели, то  ли
не можем вспомнить. В каждом кулаке она держала по  змее,  которые  вились
вокруг ее рук. Она шептала, и шепот ее сливался со змеиным шипением: "Лишь
чужеземцы смогут донести мое слово: пусть разделенные дома  соединятся,  и
море будет оплодотворено молнией, когда Бык соединится с  Совой.  Но  горе
вам, если вы не услышите!"
     Наступила тишина, словно перед бурей. В  эпоху  повсеместной  веры  в
богов и покойников, предсказывающих живым грядущее, никого не удивило, что
откровение  выпало  и  на  долю  людей,  уже  отмеченных  судьбой.  Теперь
следовало понять значение этого откровения.
     Рейд и Эрисса не могли высказаться прямо: у оракулов это не  принято.
Диор, вероятно, обвинил бы их во лжи, если бы их слова не  подтвердил  его
человек. Но Диор все равно сомневался.
     - Как ты это понимаешь, Голос? - спросил Тезей.
     - А что думают сообщившие нам? - сказал критянин.
     - По нашему мнению, нам приказано отправиться в твою страну, - заявил
Рейд. - При всем уважении к нашим хозяевам, мы  должны  предоставить  свои
услуги тому, кто выше их.
     - Если бы таковы были намерения богов, - сказал Тезей, - они  послали
бы за вами в Египет критский корабль.
     - Но тогда чужеземцы не попали бы в Афины, - заметил Гатон. - А, судя
по сообщению, именно они посланы, чтобы... соединить разделенные дома. Год
от  года  растет  непонимание  между  нашими  странами.  Эти  люди  пришли
издалека, их трудно заподозрить в  предвзятости.  Не  посредники  ли  они,
гласящие волю богов? Если Бык Кефту возьмет в жены Сову Афин, если  молнии
Зевса оплодотворят воды Нашей Госпожи - не означает ли это союз?  А  может
быть,  династический  брак  между  Акрополем  и  Лабиринтом,  от  которого
произойдет великий государь? Да, без сомнения, эти люди должны  явиться  в

Следующая

71 >