27 >

в плотной атмосфере они не предвещали  шторма.  Крылатая  тварь  парила  в
небе, морское животное появлялось и  снова  ныряло.  На  таком  расстоянии
Саксо был в три раза меньше, чем Солнце, видимое с  Земли,  и  давал  лишь
половину своего света. Адаптирующееся человеческое зрение воспринимало это
нормально, но смотреть в сторону беспощадно яркого и белого  светила  было
просто невозможно. Короткий день перевалил  далеко  за  свою  половину,  и
температура, вообще  никогда  высоко  не  поднимающаяся  в  этих  широтах,
падала. Флэндри знобило.
     Ферок представлял полную противоположность ему. Старкадиец, тигериец,
тоборко, назовите его как  хотите,  был  невысок,  с  невероятно  длинными
ногами; его руки были четырехпалыми, ноги - большими и когтистыми, сзади -
короткий хвост. Голова слабо напоминала человеческую: круглая,  с  плоским
лицом, переходящим в узкий подбородок.  Под  ветвистыми  усиками  сверкали
большие раскосые глаза с ярко-красной радужной оболочкой. Нос, или то, что
было на его месте, имел  одну  ноздрю.  Рот  был  широкий,  с  плотоядными
зубами, уши - большие, внешние края их походили на  крылья  летучей  мыши.
Кожа покрыта лоснящимся мехом,  оранжевым,  с  черными  полосками,  плавно
переходящими в белый на горле.
     Из  "одежды"  на  нем  были  только  вышитая  бисером  сумка,  крепко
схваченная ремнями, чтобы не болталась, и кривой меч, вложенный в ножны на
спине. Служил Ферок боцманом (довольно высокий чин для  мужской  особи  на
курсовикянском корабле) и,  без  сомнения,  был  любовником  Драгойки.  По
натуре  импульсивный,  задиристый  и  по-собачьи  преданный,  он  нравился
Флэндри.
     Ферок поднял телескоп и описал  им  дугу.  Это  местное  изобретение.
Курсовики были центром наиболее развитой сухопутной культуры на планете.
     - Пока никаких признаков чего-либо, - сказал он. -  Как  ты  думаешь,
летающий корабль этих инопланетян может на нас напасть?
     - Сомневаюсь, -  сказал  Флэндри.  -  Наиболее  вероятно,  он  просто
случайно оказался там, потому  что  перевозил  мерсеянских  советников,  и
стрелял в меня потому, что я мог иметь приспособления, которые  навели  бы
меня на догадку о том, что происходит там, внизу. - Флэндри  засомневался,
прежде чем продолжить: - Мерсеяне, как и мы, редко берут на  себя  ведущую
роль в любом деле, а если и берут,  то  почти  всегда  как  личности,  как
самостоятельные офицеры, а не как представители своего  народа.  Никто  из
нас не хочет провоцировать подобный ответный удар.

Следующая

27 >