27 >

     Я не мог не улыбнуться.
     - А Свен-младший издевается  над  тобой,  потому  что  ты не назначаешь
свидания девушкам.
     Он ухмыльнулся:
     - Можете себе представить,  как эти путешествия облегчали мою  душу.  -
Затем  он  заговорил  серьезно:  - Но  вы  можете также  представить,  каким
невыносимым становился для меня дом Биркелунда. И не только дом -  весь этот
мир. Что я  буду делать  в  колледже? Слушать  глупое  хихиканье девчонок  и
монотонные  голоса преподавателей?  Я ведь  уже вырос и видел столько разных
чудес!
     -  Я  полагаю,  что  именно   домашние  обстоятельства  заставили  тебя
отправиться в будущее?
     - Да. Я был вне себя от  ярости.  Во-первых,  я надеялся увидеть могилу
Биркелунда.  Двадцати лет,  думал  я, будет достаточно. И я  переместился  в
конец 1969 года. Дом стоял на месте.
     - А Свен?
     -  Думаю,  он был жив. - Голос Джека дрожал  от  ярости. -  Я  не  стал
проверять. Моя мать к этому времени разведется с ним...
     - И?
     - Вернется в Массачусетс. Третье ее замужество будет счастливым. Мне не
следовало причинять ей в то время беспокойство, и я вернулся. Отсутствовал я
месяц и, вернувшись, сказал Биркелунду, чтобы он не совался в мои дела.
     Я видел, что Джек очень  страдает. Сколько  раз я видел такое выражение
лица у больных людей. Поспешно я спросил его:
     - Ты сказал, что встречался с дядей Джеком, твоим вторым я?
     - Да. - Джек был искренне рад перемене темы. - Он  поджидал меня в 1969
году.  Я   прибыл  ночью  в  дубовую  рощу,  поскольку  хотел  обойтись  без
свидетелей. В то время роща  была уже вырублена и участок засажен кукурузой.
Он снял для меня  комнату в отеле, и  мы  несколько  дней провели вместе. Он
рассказал  мне о моей матери, показал  старые газеты с объявлениями, показал
ее письмо к нему... ко мне. А потом он  дал мне тысячу долларов. Док, знаешь
какие цены будут через двадцать лет!? Он предложил мне посмотреть страну.
     Из газет я  узнал, что Беркли остался  там  же, где и  был. А на другом
краю бухты - Сан-Франциско. Я всегда хотел посмотреть его.
     -   А  как  Беркли?   -   спросил  я,  вспомнив  свои   визиты  в  этот
университетский городок.
     Он рассказал, как мог, но в 1951 году никакие слова не могли бы описать
того дикого, феерического,  возбуждающего,  ужасающего, гротескного удара по
всем чувствам, который наносил этот город в конце двадцатого столетия.
     - У тебя не было неприятностей с полицией?
     -  Нет. Я  остановился  в 1960  году, зарегистрировался  под  фальшивым

Следующая

27 >